Депутаты Госдумы 29 октября впервые рассмотрели проект федерального бюджета на 2027–2029 годы. Как отметил презентовавший документ министр финансов Антон Силуанов, первое чтение — это про концепцию, законопроект доработают ко второму. Концепция глобально нареканий ни у кого не вызвала, хотя были и воздержавшиеся. Их традиционно публично осудили за такую позицию.

В этот раз депутатов особенно волновал вопрос тарифов ЖКХ. Госдума поспешила откреститься от принятия решений по повышению тарифов, а отдельные выступающие пеняли на плохое состояние труб и пугали россиян с трибун холодной зимой. Других в большей степени интересовали демография и здравоохранение.

Одной из главных тем на пленарном заседании Госдумы, посвященном бюджету, стал рост тарифов ЖКХ. Их резкое подорожание в некоторых регионах, ответственность за которое возложили на власти субъектов, депутаты заметили и осудили пару недель назад.

В начале своего выступления министр финансов отметил, что рост тарифов ЖКХ влияет на инфляцию, и оценил, во сколько каждый дополнительный процентный пункт общего роста цен обходится бюджету.

«Очень важное было обсуждение вопросов тарифов в жилищно-коммунальной сфере. Хочу сказать, что действительно эти тарифы прямым образом влияют на инфляцию. А если говорить применительно только к бюджету, один процентный пункт инфляции с учётом всех индексаций, которые предусмотрены нашим законодательством, по всей бюджетной системе — это порядка 400 млрд рублей дополнительных расходных обязательств», — сказал он.

К слову пришлась и ключевая ставка, динамикой которой парламентарии стабильно недовольны. По словам Антона Силуанова, каждый дополнительный процентный пункт ставки оценивается в 300—350 миллиардов рублей процентных расходов. Чем ниже будет инфляция, тем компактнее будут расходы бюджета страны, привел он причинно-следственную связь.

В этой связи стоит напомнить, что цикл снижения ключевой ставки в России пока продолжается, несмотря на то, что на последних двух заседаниях Центральный банк брал паузы. Повышение «ключа» пока предметно не рассматривается, следует из выступлений главы регулятора Эльвиры Набиуллиной, однако прогноз по инфляции ухудшается — на конец 2026 года ожидается более сильный рост цен, чем ожидалось ранее.

Говоря о бюджете на 2027 год, Силуанов заявил, что дефицит планируется «на безопасном уровне», уровень госдолга сохранится под контролем, а бюджетный стимул будет снижаться.

«Бюджет снизит влияние на денежное предложение, высвобождая место частному кредиту и выходу экономики на траекторию устойчивого роста», — отметил министр.

Глава комитета по бюджету и налогам, депутат от «Единой России» Андрей Макаров, комментируя документ, призвал коллег обратить внимание на прогноз по уровню дефицита — он резко сокращается.

«Посмотрите, как растут доходы федерального бюджета независимо от каких бы то ни было санкций. Одновременно следует отметить, что снижается зависимость нашего бюджета от нефти и газа. Не было бы счастья, да несчастье помогло! Я думаю, как скоро наши оппоненты будут кусать себе локти за то, что они ввели санкции на нашу нефть и газ, потому что это нас заставило развивать экономику, чтобы компенсировать эти потери», — восхищался он.

Парламентарий добавил, что с 2019 года расходы выросли в три раза, но именно они теперь позволяют решать те приоритеты, которые поставил перед законотворцами президент.

Макроэкономический прогноз правительства, приложенный к бюджету, предусматривает уверенный рост экономики на 1,4% в 2027 году, на 1,9% в 2028-м и 2,4% в 2029-м. С какими именно мерами связаны такие надежды, спросил Силуанова депутат Андрей Кузнецов («Справедливая Россия»).

По словам министра, правительство полагается на стимулирование новых проектов в области технологического суверенитета, но самое главное — снижение стоимости денег за счет снижения ставок. В частности, ключевой.

Еще один прогнозный показатель, который заинтересовал парламентариев — динамика инвестиций. В 2026 году прогнозируется их сокращение на 5,4%, в 2027-м — стабилизация на уровне 0,2%, а восстановительный рост в 2,5% ожидается только в 2028 году. Это вместе со снижением финансирования госпрограммы «Экономическое развитие и инновационная экономика» может привести к замедлению «и без того хромающего импортозамещения», беспокоился Евгений Бессонов (КПРФ). Он хотел услышать, что в связи с этим планирует делать Минфин.

По словам Силуанова, для поддержки экономики в бюджете на 2027–2029 годы предусмотрено 4 трлн рублей на инфраструктуру и 2,5 трлн рублей на технологическое лидерство. Продолжат действовать программы льготного финансирования промышленности. Но опять же всё уперлось в ключевую ставку.

«Высокая ключевая ставка влияет на возможность доступа к кредитным ресурсам, но этот выбор сделан вынужденно, поскольку Центральный банк контролирует инфляцию, соответственно, и делается это через ключевую ставку», — подчеркнул министр.

Новоиспеченный депутат от «Справедливой России» Николай Стариков спросил о демографии. Он обратил внимание на сокращение расходов бюджета на бесплатное горячее питание школьников начальных классов и спросил, не должно ли государство бороться с демографическим спадом, а не просто учитывать его последствия.

«Мы видим, что количество школьников с первого по четвёртый класс сокращается. Приведу цифры. Если в 2026 году количество таких школьников составляло 6,2 млн человек, то в двадцать седьмом сокращение произойдёт до 5,9 млн школьников», — сообщил Силуанов.

При этом стоимость питания на одного ребёнка вырастет на 12% — с 86 до 96 рублей в день. По словам министра, правительство рассчитывает, что меры стимулирования рождаемости позволят в будущем увеличить число школьников.

В финале сессии вопросов и ответов выступила бывший детский омбудсмен и депутат от «Единой России» Анна Кузнецова. Она попросила найти дополнительное финансирование на лекарства для амбулаторного лечения пациентов, перенесших сердечно-сосудистые заболевания, и работу фонда «Круг добра» для детей с тяжёлыми заболеваниями.

Силуанов пообещал, что ко второму чтению правительство постарается найти дополнительные деньги на первое и обеспечить «неснижение объёмов финансирования» для второго, даже в случае сокращения источников его доходов. Напомним, фонд финансируется за счёт поступлений от повышенного НДФЛ с доходов россиян свыше 5 млн рублей в год.

Больше всего депутатов заботили коммунальные вопросы и проблемы. Вячеслав Володин напомнил, что Госдума не устанавливает тарифы ЖКХ, а лишь рассматривает бюджет вместе с прогнозом правительства. В нём заложено «обоснованное» повышение тарифов на 11% в 2027 году, 8,6% в 2028-м и 7,6% в 2029-м. Но окончательные решения остаются за регионами, где в этом году рост составил от 8% до 30%. Там, где регионы допускают «явный перебор», должна подключиться Федеральная антимонопольная служба, считает спикер.

Геннадий Зюганов выступил куда эмоциональнее. Он заявил, что расходы бюджета на ЖКХ за три года сокращаются на 40%, хотя из миллиона километров труб 600 тысяч, по его словам, уже сгнили. «Если вы их не будете менять, вы будете завтра все замерзать и подыхать», — предупредил лидер КПРФ. Он в очередной раз предложил ограничить расходы граждан на коммунальные услуги 10% доходов и усилить государственный контроль над отраслью.

Леонид Слуцкий тоже призвал вернуть ЖКХ под контроль государства. Особенно досталось концессионерам, которым выделяли деньги на ремонт сетей: лидер ЛДПР назвал их «ворюгами», которые «залезли в карман государства и ничего не ремонтируют».

Но самую яркую арифметику бюджетных приоритетов предложил первый заместитель руководителя фракции «Новые люди» Владислав Даванков. Он обратил внимание, что расходы на бесплатное горячее питание школьников сокращаются на 4,6%, а финансирование цирковой деятельности, напротив, растёт на 32%. «Ну, все профессии важны, все профессии хороши, но вопрос приоритетов. У нас как бы клоуны важнее детских обедов? Ну вот серьёзно», — возмутился депутат.

Даванков предложил поискать деньги для более важных расходов за счёт сокращения числа форумов, конференций и дорогостоящих концертов за бюджетный счёт.

В финале Андрей Макаров обратил внимание на коллизию: две фракции поддержали конкретные предложения по доработке бюджета, но отказались поддержать сам бюджет в первом чтении. Речь о КПРФ и «Справедливой России». Глава профильного комитета напомнил, что без первого чтения не бывает второго, а значит, и возможности реализовать согласованные поправки.

«Те, кто не голосуют за бюджет в первом чтении, такое ощущение, что они немножко уклоняются от этой обязанности, а главное — ответственности, — упрекнул он коллег. — Я понимаю вашу позицию, но я правда не понимаю, как по этому документу можно воздержаться». Также, по его мнению, если человек действительно думает о стране, он не может проголосовать против.

В итоге не думающих о стране среди народных избранников не оказалось, но обошлось без полного единодушия: 372 депутата поддержали проект, 51 воздержался.