Совладелец петербургского производителя натуральной косметики Levrana Леонид Леврана в социальных сетях эмоционально отреагировал на выступление основательницы Wildberries Татьяны Ким, упрекнув её в отсутствии реальной помощи потерявшим товары продавцам. В интервью предприниматель рассказал о перспективах компании, которая лишилась одного из основных каналов сбыта, о народной поддержке и о том, что грозит бизнесу, если государство не вмешается.

Ущерб от пожара на складе Wildberries в Шушарах Леонид Леврана оценил в 14 млн рублей, а общие потери на тот момент — в 60 млн. Однако удары по инфраструктуре маркетплейса продолжаются, и потери компании значительно выросли. До первого пожара в Электростали товарные остатки Levrana составляли 156 млн рублей. На сегодняшний день осталось товара в Екатеринбурге и в Каледино на 17 млн рублей. Таким образом, складской остаток сократился в 10 раз. Средняя оборачиваемость товара — 35 дней, в августе компания получает выплаты за июль, а в сентябре перестанет получать деньги.

Напомним, что удары по складам Wildberries начались 18 июля с атак в подмосковной Электростали и в Котовске Тамбовской области. 24 июля новая волна ударов затронула объекты в Шушарах и Новосаратовке. 3 августа компания сообщила о пожаре на складе в Самарской области, 4 августа был атакован склад в Красном Бору и во Владимирской области, 5 августа — в Тульской области.

Для Levrana Wildberries был значимым каналом продаж, на него приходилось примерно 30% оборота. Из-за закрытия этого канала план производства был нарушен, простой негативно сказывается на бизнесе. Из сильных онлайн-каналов у компании остались Ozon и «Золотое яблоко», но их склады не могут мгновенно принять такой объём товаров. По оценке предпринимателя, при оптимистичном сценарии на перераспределение продукции по другим каналам понадобится не менее трёх месяцев.

После ударов по складам Wildberries в социальных сетях распространились призывы поддержать отечественных производителей, чьи товары сгорели. Леонид Леврана также обращался к покупателям с такой просьбой. Это помогло: на прошлой неделе произошёл огромный выкуп товара, скачок продаж составил три раза. При этом продажи на самом Wildberries просели в 2–2,5 раза, и ситуация ухудшается. Предприниматель считает, что скоро продажи на маркетплейсе станут равны нулю, так как товара нет, а карточки пустые.

Потеря товара и схлопывание значимого канала продаж скажутся на устойчивости бизнеса. У Levrana не было кредитов, но кассовый разрыв возникнет в сентябре, и, скорее всего, придётся прибегнуть к кредитным историям. Леонид Леврана надеется, что государство отреагирует на ситуацию. Он подчёркивает, что предприниматель несёт риски, если выпустил продукт, который не пошёл, но если товар сжигает ракета, это не его риск. Если государство не отреагирует, возникнет вопрос, что делать с людьми, если выпадает часть производства. Даже в пандемию компания не испытывала таких трудностей, наоборот, набирала людей. Многие предприниматели на Wildberries брали кредиты, и у них сейчас нет товара, но остались миллионные долги.

По мнению Леонида Левраны, государство должно разделить предпринимателей на тех, у кого есть производство в России, и тех, кто закупал иностранные товары и перепродавал их. Если цель — сохранить рабочие места, нужно открыть беспроцентный овердрафт, чтобы предприниматели могли заполнить заявку и получить средства, а затем решать, как их скостить или раскидать на время. На прошлой неделе вице-премьер Александр Новак поручил проработать меры поддержки пострадавших предпринимателей, но конкретных решений пока нет, что вызывает панику и сомнения у бизнеса.

Леонид Леврана критикует Wildberries за отсутствие поддержки. Он утверждает, что компания не помогает продавцам, несмотря на заявления Татьяны Ким о второй волне выплат. Комиссия Wildberries и Ozon не была снижена даже при увеличении продаж, более того, в июле Wildberries поднял комиссию на 30%. После пожара в Шушарах в 2024 году Wildberries компенсировал стоимость товара в течение примерно полугода, но сейчас компания не подтверждает, что товар уничтожен. Levrana направила запросы по каждому складу, но получила ответ «ждите 30 дней». Если ответа не будет, компания подаст досудебную претензию, затем, возможно, обратится в суд.

Слова Татьяны Ким об «обстоятельствах непреодолимой силы» вызвали эмоциональную реакцию, поскольку статус форс-мажора определяет Торгово-промышленная палата, но заявлений от ТПП не было. Это вызывает вопросы к заявлениям Ким.

Товар Levrana не был застрахован, так как застраховать его в посторонней страховой компании невозможно: страховщику нужно попасть на склад маркетплейса для оценки условий хранения, что физически невозможно. Ozon запустил свою страховку, но Levrana от неё отказалась, так как она не покрывает 100% товара и убивает маржинальность. Однако Ozon принудительно включил страховку.

В долгосрочной перспективе Levrana планирует диверсифицировать каналы продаж. Компания уже представлена практически во всех федеральных сетях и будет расширять присутствие там. Есть собственный интернет-магазин, который было решено обновить ещё в конце прошлого года из-за ухудшения взаимоотношений между Wildberries и поставщиками. Однако трафик не распределится так, что люди будут покупать только на собственном сайте.

Что касается продолжения работы с Wildberries, Леонид Леврана считает, что «Wildberries уже всё». Компания предлагает селлерам получать заказы на площадке, собирать у себя на складе и развозить по пунктам выдачи заказов, но разница в комиссии составляет всего 2%, что делает это невыгодным.

Компания натуральной косметики «Леврана» (Levrana) была основана в 2013 году в Петербурге семейной парой Леонидом и Викторией Леврана. Бизнес принадлежит супругам в равных долях. По данным СПАРК, ООО «Леврана» в 2025 году получило выручку 1,2 млрд рублей (-1,5% к 2024 году), прибыль составила 8 млн рублей, сократившись почти в 8 раз. В 2022 году Levrana заявляла о планах запустить производство в Сербии, но отказалась от плана из-за санкций. Также Леониду Левране принадлежит сидродельня в Изборске, выручка которой в 2025 году составила 3,7 млн рублей, убыток — 31,4 млн рублей.